admin / 27.12.2018

Как доказать что человек невменяемый?

Содержание

Нужен ли адвокат для признания недееспособным?

Приведём пример

Жила бабушка. У бабушки были дети и внуки. А также склероз и старческое слабоумие. Однажды бабушка потерялась в магазине, куда пришла купить еду. Сочувствующая продавщица помогла бабушке найти дорогу до дома. В благодарность бабушка решила подарить продавщице квартиру. И подарила.

Конечно, это утрированно. Для того, чтобы подарить квартиру, нужно совершить юридические действия, зарегистрировать дарение в Росреестре, на всё это уйдёт не один день.

Но тем не менее, человек, который не осознаёт значение своих действий, может наделать много глупостей. Их потом придётся исправлять родным этого человека. И нет гарантии, что удастся исправить.

Другой пример

Дедушка на старости лет впал в маразм и решил, что дети и внуки его ненавидят и ждут его смерти. Чтобы показать всем, что он ещё «ого-го», дедушка решил жениться на 20-летней девушке. Она согласилась, понимая, что скоро дедушка отправиться в лучший мир, а ей останутся его недвижимость и счёт в банке. Так и случилось.

Дети и внуки дедушки остались ни с чем. Ушлая наследница продала квартиру, сняла деньги со счёта и отбыла в неизвестном направлении.

Если ваш близкий человек тяжело болен психически, пора обратиться к адвокату, который возьмёт на себя процесс признания человека недееспособным.

К юристу можно и не обращаться, но…

Дела о признании недееспособным — это специфичные дела. В Гражданском процессуальном кодексе им даже посвящена отдельная глава — 31.

Судебно-психиатрическая экспертиза по делам о признании недееспособным обязательна.

Поэтому в таких делах никогда не бывает меньше 2-х судебных заседаний: на одном заседании назначается экспертиза, на другом — выносится решение. Чаще всего заседаний несколько, потому что они могут переноситься, откладываться и т.д.

Все документы должны быть составлены юридически правильно. Суды — это организации, где очень любят формальности.

Далеко не любое заболевание психики гарантирует, что суд признает человека невменяемым.

Дела о признании близкого человека невменяемым — это психологически сложные дела. Если доверить этот процесс адвокату, то самостоятельно заниматься всеми юридическими тонкостями и посещать суд не понадобится.

Все эти сложности говорят о том, что лучше будет поручить юристу ведение дела. Юрист собирает документы, составляет иск и сам ходит на судебные заседания. Вам не понадобиться делать это.

Так что со сделками, которые совершил больной человек?

Недееспособный человек не может совершать покупать и продавать вещи, вступать в брак, состоять на госслужбе. То есть никакая бабушка, признанная недееспособной, уже не подарит квартиру случайному знакомому, никакой недееспособный дедушка не женится на 20-летней, которая потом получит его недвижимость и деньги.

Конечно, сделки, совершённые человеком, который не может осознавать своих действий, можно отменить через суд (статья 177 ГК РФ). При этом можно отменить и сделки, которые совершил формально дееспособный человек.

Процедура признания человека невменяемым

Чтобы доказать невменяемость, обратиться в суд могут родственники, опекуны, законные представители больного, уполномоченные сотрудники больниц, домов престарелых и инвалидов, других социальных заведений, где пациент находится на лечении или содержании, сотрудники психиатрической клиники, где больной проходит лечение.

В суд представьте заявление, документы, удостоверяющие личность, удостоверение, подтверждающее ваши юридические полномочия, справку из психиатрической клиники о заключении медицинской комиссии.

В психиатрическую клинику вы обязаны доставить больного или он может посетить её лично.

Заставить пациента сделать это невозможно. До тех пор, пока он не признан в судебном порядке невменяемым, пациент имеет право отстаивать свои права и защищать законные интересы (статья №48 гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации). Принудительная доставка для освидетельствования может быть расценена как нарушение прав человека и наказана по закону.

На медицинском заключении из психиатрической клиники должна стоять подпись и личная печать не менее трёх врачей краевого диспансера, прямоугольная и гербовая печать медицинского учреждения, выдавшего заключение, подпись главного врача клиники.

Заключение выдаётся на основании выписки из истории болезни, личного общения врачей с пациентом, после прохождения ряда психологических тестов, позволяющих врачам сделать окончательное заключение и поставить точный диагноз.

Если суд постановил признать гражданина невменяемым и недееспособным, ему в принудительном порядке по решению суда назначается опекун. Если никто не планирует взять на себя такую ответственность или пациент находится в критическом состоянии и состояние здоровья несёт опасность для него или окружающих, больного изолируют от общества и поместят на содержание и лечение в психиатрическую клинику.

Количество преступлений в России

Ю.Н.Аргунова

1. Откровения судебной статистики

До недавнего времени количество рассматриваемых судами дел о признании граждан недееспособными известно не было. Об этой цифре можно было судить лишь по данным экспертной статистики о результатах проведенных по данной категории дел судебно-психиатрических экспертиз (СПЭ). Только с 2007 г. Минюст России ввел, наконец, этот показатель в официальную форму статистической отчетности, что позволяет теперь иметь представление в масштабах страны о числе поступающих в суды заявлений о признании гражданина недееспособным, о числе рассмотренных, прекращенных, оставленных без рассмотрения дел и,разумеется, о количестве граждан, ежегодно лишаемых дееспособности.

Сведений о количестве дел о восстановлении дееспособности граждан статистика не содержит. Оно и понятно: такие случаи, подобные известным делам П.Штукатурова или К.Тимочкиной, единичны.

Данные судебной статистики являются открытыми, однако получить доступ к ним практически невозможно, но очень важно. Эти данные, в особенности в сопоставлении с данными экспертной статистики, помогают развенчать некоторые мифы, а также иллюзии, в т.ч. в отношении достижимости задач гражданского судопроизводства.

В суды ежегодно поступает свыше 40 тыс.

заявлений о признании гражданина недееспособным (см.табл.1). В 2008 г. их число составило 42107. В среднем по 4 тысячам дел производство прекращается (в связи с отказом заявителя от своего требования; в связи со смертью лица, являвшегося одной из сторон и др.). Еще 1,7 тыс. заявлений остаются без рассмотрения (заявление подписано лицом, не имеющим на это полномочий; заявитель, не просивший о разбирательстве дела в его отсутствие, не явился в суд по вторичному вызову, а заинтересованное лицо не требует рассмотрения дела по существу и др.).

Решение по существу суды выносят по 85% дел (в 2008 г. таких дел было рассмотрено 35901). При этом суды практически во всех случаях (98%) удовлетворяют заявление и признают гражданина недееспособным (см.табл. 2). Более того этот показатель заметно выше соответствующего показателя в экспертной статистике, стабильно составляющего 94% (в 2008 г. — 93%).

Судя по статистическим данным практика назначения по указанной категории дел повторных или дополнительных экспертиз отсутствует: количество СПЭ, по которым эксперты пришли к заключению о недееспособности гражданина, полностью совпадает с числом вынесенных затем судебных решений о признании гражданина недееспособным. Мнение экспертов, таким образом, автоматически превращается в позицию суда, Так, в 2007 г. на 31605 судебных решений приходилось 31995 таких экспертиз. А в 2008 г. число судебных решений и вовсе превысило число таких СПЭ (35021 против 32417).

Таблица 1. Данные судебной статистики о признании гражданина недееспособным (в целом по России)

Число дел / Годы

Неоконченных на начало года

Поступивших в отчетном году

Рассмотренных с вынесением решения
в том числе:

— об удовлетворении заявления
о признании гражданина недееспособным

— об отказе в удовлетворении заявления
о признании гражданина недееспособным

Прекращенных

Оставленных без рассмотрения

Переданных в другие суды

Оконченных,

в том числе в сроки, превышающие установленные

Оставленных неоконченными на конец года,

из них приостановленных

Число выявленных частных определений

при выявлении случаев нарушения законности

Таблица 2. Сравнительные данные экспертной и судебной статистики по делам о признании гражданина недееспособным (в целом по России)

Годы

Данные экспертной статистики*

Данные судебной статистики

Число СПЭ

Из них с признанием лица недееспособным**

Уд.вес
(в %)

Число рассмотренных дел с вынесением решения

Из них с признанием лица недееспособным

Уд.вес
(в %)

94,0

97,7

93,1

97,5

* Основные показатели деятельности судебно-психиатрической экспертной службы Российской Федерации в 2008 году: Аналитический обзор /Под ред. Т.Б.Дмитриевой. — М.: ФГУ «ГНЦ ССП им. В.П.Сербского Росздрава», 2009. – Вып. 17.

** Использована терминология указанного Аналитического обзора

2. Судебная практика через призму представительства интересов граждан

Участие автора данной статьи в судебных заседаниях в качестве представителя лиц, в отношении которых были поданы заявления в суд о признании их недееспособными, позволяет обозначить ряд, к сожалению, негативных особенностей, характерных для судебной практики рассмотрения такого рода дел, а также наиболее типичных процессуальных нарушений,

1. Суды принимают к производству заявления, в которых, зачастую, отсутствуют данные, свидетельствующие о психическом расстройстве гражданина. В заявлениях, подаваемых, как правило, родственниками граждан, указывается, например, что гражданин неуживчив, жалуется в различные инстанции, хулиганит, угрожает близким, ведет паразитический образ жизни, занимает деньги и не отдает их и т.д.

Суд не разъясняет заявителям, что бремя доказывания по таким делам лежит на заявителе, а потому объективные доказательства неадекватного поведения лица также отсутствуют.

2. Суд в нарушение требований ст.283 ГПК РФ назначает СПЭ при отсутствии достаточных данных о психическом расстройстве гражданина.

Суд легко вводится в заблуждение по поводу психической несостоятельности гражданина при выявлении лишь факта наличия в ПНД или ПБ его медицинской карты.

По одному из таких дел адвокат заявителя пытался убедить судью в том, что наличие карт в ПНД и стационаре однозначно указывает на то, что гражданин «состоит на учете» и госпитализировался, а, следовательно, страдает тяжелым психическим расстройством, Однако после представления суду копий этих медицинских документов самим гражданином судья, удовлетворив ходатайство представителя гражданина об их исследовании судом, смог убедиться в обратном – в отсутствии у гражданина психического заболевания. Дело в том, что данный гражданин ни разу не был в ПНД. А карта на него была заведена в связи с частыми обращениями в диспансер его дочери, рассказывавшей о, якобы, имевших место ненормальность своего отца, преследуя при этом меркантильные интересы. Некоторое время назад суд отклонил заявление диспансера об освидетельствовании гражданина в недобровольном порядке, а в последствии отклонил и заявление больницы о его недобровольной госпитализации. Кроме того за период фактического пребывания гражданина в стационаре в течение нескольких суток до решения суда врачи пришли к заключению, что он психическим заболеванием не страдает и в наблюдении психиатра не нуждается. Это и было отражено на последних страницах его истории болезни и мед карты ПНД.

Согласившись с позицией гражданина и его представителя, что фактов, свидетельствующих о психическом расстройстве гражданина, заявителем не представлено, судья тем не менее предоставил адвокату заявителя возможность представить-таки в суд объективные доказательства психического расстройства гражданина и отложил слушание дела.

На втором заседании в рамках подготовительной стадии процесса были допрошены приглашенные заявителем свидетели. Однако в ходе их «перекрестного допроса» удалось выяснить, что один из них мог подтвердить лишь вспыльчивый нрав своего друга без признаков нарушения психики. Другой свидетель был настолько обижен на него как на своего бывшего сослуживца, что уже более 10 лет не поддерживает с ним отношений и охарактеризовать его в настоящее время не может. Третий свидетель (бывшая жена гражданина), отмечая внезапно возникшую агрессивность своего бывшего мужа, под нажимом фактов вынуждена была признать, что эта агрессивность возникла вследствие прекращения с ее стороны исполнения супружеских обязанностей по религиозным мотивам, что и побудило ее бывшего мужа жениться повторно.. Новая жена, с которой он проживает уже 6 лет, положительно охарактеризовала своего мужа и объяснила подачу заявления в суд его дочерью ее стремлением отобрать у него дачу и предотвратить размен квартиры. Сама дочь как заявитель в суд не явилась. В суде было исследовано и приобщено к материалам дела заключение специалистов НПА России, освидетельствовавших гражданина по его просьбе и не выявивших у него психического заболевания.

Дело было выиграно без назначения СПЭ. В удовлетворении заявления о признании гражданина недееспособным было судом отказано. Такой исход дела (при довольно стандартной его фабуле) – чрезвычайная редкость и является исключением из правил. Он доказывает возможность эффективной защиты прав граждан по такого рода делам. Для этого необходимо заставить работать правовые нормы и суд.

3. Назначение СПЭ осуществляется судом с нарушением прав участвующих в деле лиц, предусмотренных ст.79 ГПК РФ и ст.52 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан, а также без учета требований Конституционного Суда РФ.

Суды придерживаются своего неизменного по содержанию перечня вопросов для экспертов, не согласующегося с решениями Конституционного Суда РФ и обстоятельствами конкретного дела; пренебрегают правом лица, участвующего в деле, формулировать вопросы; не реагируют на ходатайство лица о включении в состав комиссии дополнительно специалиста при наличии его согласия. Суд не заботит то обстоятельство, что в материалах дела отсутствуют сведения о социальном статусе лица, что не позволит экспертам прийти к обоснованным выводам.

Так, по одному из такого рода дел судья без обсуждения принял в письменном виде ходатайства лица, касающиеся выбора экспертного учреждения, включения дополнительного вопроса для экспертов (в соответствии с требованиями Конституционного Суда РФ) о том, какого рода действия он не может понимать и контролировать, а также включения в состав экспертной комиссии дополнительного специалиста с указанием его фамилии, образования, занимаемой должности, стажа работы по специальности. Однако, выйдя затем из совещательной комнаты, судья огласил текст определения о назначении СПЭ, не включив ни дополнительного специалиста-психиатра, ни вопроса, продиктованного Постановлением Конституционного Суда РФ. Судья не стал приводить ни письменно, ни устно мотивы своих действий и сразу после оглашения определения объявил заседание закрытым.

Уже после окончания заседания представитель заинтересованного лица обратился к судье с вопросом о том почему он не удовлетворил ходатайства лица, направленные на повышение объективности экспертного заключения, и почему он не исполняет Постановление Конституционного Суда РФ от 27 февраля 2009 г. № 4-П и нормы ГПК РФ. На это судья ответил: «А зачем…?», потом добавив: » Я и так доверяю экспертам. Она вряд ли сочтут вашего доверителя недееспособным». На вопрос о том, знает ли судья, что эксперты в 94% случаев дают заключение о недееспособности гражданина, и суд идет у них на поводу, судья ответил, что такого не может быть, и он располагает другими сведениями. Этот разговор с судьей и его ссылки на некие сведения побудили автора этой статьи заполучить данные судебной статистики, которые, как мы увидели, опровергают убеждения судьи.

4. Заключение СПЭ на предмет достоверности, полноты и профессионального уровня в судебном заседании с участием сторон должным образом не исследуется.

Заинтересованному лицу отказывают в приобщении к материалам дела заключения специалиста с анализом экспертного заключения, а также в его вызове в суд для допроса, т.е. фактически лишают возможности получить помощь специалиста для исследования объективности, полноты и всесторонности заключения эксперта и для обоснования несогласия с выводами экспертов, что не соответствует принципам состоятельности и равноправия сторон.

5. Заключение СПЭ в судебном решении не оценивается либо оценивается формально с помощью выражения «у суда нет оснований не доверять заключению экспертов».

6. Суд удовлетворяется формальным заключением представителя органа опеки и попечительства¸ предварительно не знакомившегося с условиями жизни лица.

7. Суды легкомысленно относятся к последствиям признания гражданина недееспо- собным, которые выражаются в полном, тотальном и бессрочном лишении (ограничении) гражданина его прав.

8. Суды не готовы учитывать факт несоответствия института недееспособности по российскому законодательству международно-правовым нормам и стандартам.

9. Судьи в большинстве своем ставят знак тождества между психическим расстройством и недееспособностью, не желая вникать в вопрос о наличии или отсутствии у конкретного лица с психическим расстройством юридического критерия недееспособности.

10. Суды не принимают во внимание выявленные в ходе судебного заседания истинные мотивы, а также поводы, по которым заявитель обратился в суд о лишении гражданина дееспособности.

Лиц, страдающих психическим расстройством, стали чаще признавать недееспособными в качестве превентивной меры, заранее предотвращая или пересекая совершение ими имущественных сделок, иных юридически значимых действий (размена квартиры, заключения или расторжения брака, предъявления прав на воспитание детей и др.)

Недееспособность используется для решения «разовых» задач, например, оформления приватизации жилья; для облегчения решения конкретных вопросов и споров, в частности об освидетельствовании врачом-психиатром без согласия лица; для получения возможности не учитывать те или иные желания больного.

Так, в ходе рассмотрения дела о признании Л. недееспособным представитель заявителя

на вопрос представителя Л. о целях, которые преследует заявитель подачей такого заявления, признался, что делается это для упрощения процедуры госпитализации Л. в психиатрический стационар, а также для того, чтобы престарелой матери Л. в случае чего не пришлось возмещать имущественный вред, который может быть причинен кому-либо необдуманными действиями Л., занимающегося предпринимательской деятельностью.

Представителю Л. пришлось обратить внимание суда не только на несоответствие указанных мотивов целям установления опеки над недееспособным, но и на лишение этих мотивом правового смысла. Во-первых, помещение недееспособного в психиатрический стационар в соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ от 27 февраля 2009 г. отныне не может производиться лишь по просьбе опекуна. Во-вторых, ответственность матери Л. за предполагаемые в будущем действия ее сына не грозит, т.к. она является нетрудоспособной и п.3 ст. 1078 ГК РФ к ней не применим. В-третьих, если Л. причинит вред будучи недееспособным, то обязанность по его возмещению как раз и будет возложенна на опекуна (его мать или брата) по правилам ст. 1076 ГК РФ.

Данное дело, хотя по нему и была назначена СПЭ, имело счастливый конец. Лицо так и не было ознакомлено с определением суда о ее назначении и на экспертизу не вызывалось. Через несколько месяцев заявитель отказался от своих требований и дело было прекращено.

Полноценное представительство интересов граждан с психическими расстройствами в суде может служить средством коррекции судебной практики.

3. Позиция Верховного Суда РФ или, точнее, ее отсутствие

Обобщения судебной практики по делам о признании гражданина недееспособным Верховным Судом РФ не проводилось. Соответственно не имеется и специальных на этот счет разъяснений Пленума Верховного Суда, которые обычно даются в целях обеспечения правильного и единообразного применения судами норм законодательства или в связи с возникающими у судов вопросами по делам какой-либо категории. В данном случае у судов вопросов при рассмотрении дел о признании гражданина недееспособным, видимо, не возникает в силу того, что они просто в них не вникают.

Лишь предание огласке тех или иных вопиющих фактов заставляет суды проводить такие обобщения и выявлять нарушения законности.

Так, изучение Белгородским облсудом практики признания граждан недееспособными в Борисовском и Алексеевском районах за 2000-2005 годы показало, что почти по всем 443 рассмотренным судами делам признание граждан недееспособными было осуществлено без их вызова в суд . Более того эти граждане, зачастую, не вызывались даже для производства СПЭ. Свои выводы эксперты делали лишь по кратким выпискам из историй болезни, часто представленным в виде незаверенных ксерокопий. Из заключений большинства экспертиз, не соответствовавших, как указало в справке облсуда, требованиям закона, «невозможно установить истинную картину болезни». Выявлены факты массового признания одиноких и пожилых граждан недееспособными и утраты ими своих квартир. Было признано необходимым провести проверки в органах опеки и попечительства, внести надзорные представления для отмены решений о признании граждан недееспособными.

Заметим от себя, что судебно-психиатрическая служба Белгородской области и без того отличается наивысшим по стране процентом (99,8%) «признания» граждан недееспособными.

Принятие Постановления Конституционного Суда РФ от 27 февраля 2009 г. № 4-П о не соответствии Конституции РФ норм ГПК РФ в отношении порядка признания гражданина недееспособным заставит, хотелось бы наедятся, Верховный Суд РФ провести полномасштабное изучение судебной практики по данной категории дел и еще до внесения в ГПК РФ ожидаемых изменений подготовить постановление Пленума, в котором будут отражены вопросы по всему комплексу проблем рассмотрения дел о признании граждан как недееспособными, так и дееспособными, начиная с момента вынесения определения о принятии заявления к производству и возбуждения дела и заканчивая надзорным производством. Главной задачей таких разъяснений должно стать ориентирование судебной практики на неприменение законодательных норм, противоречащих Конституции РФ и международно-правовым стандартам, в частности Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Причем это должно касаться как норм, уже признанных Конституционным Судом РФ не соответствующими Конституции РФ, так и других норм, находящихся в единстве с признанными не конституционными.

Отсутствуют сколько-нибудь четкие, заслуживающие внимания разъяснения в отноше- нии рассмотрения дел о признании гражданина недееспособным и в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, касающихся отдельных стадий судопроизводства.

Некоторые общие требования ГПК РФ сформулированы в постановлениях неполно, вследствие чего важные его положения оказываются упущенными и, видимо, неслучайно.

Так, в п.13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 г. №11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» указывается, что при назначении экспертизы должны учитываться требования ст.79-84 ГПК РФ, причем лицам, участвующим в деле, следует разъяснять их право поставить перед экспертом вопросы, по которым должно быть дано заключение.

Верховный Суд, однако, не обращает внимание судов на необходимость разъяснения указанным лицам также их права просить суд назначить проведение экспертизы в конкретном судебно-экспертном учреждении, поручить ее конкретному эксперту, заявлять отвод эксперту. Последнее из перечисленных прав вообще остается лишь декларацией, оно не может быть реализовано, т.к. суд в своем определении, как правило, указывает лишь наименование экспертного учреждения, а уже эксперта, которому непосредственно будет поручено производство конкретной экспертизы, выберет затем руководитель этого учреждения. Даже не упоминается в постановлении Пленума и о праве гражданина ходатайствовать перед органом, назначившим СПЭ, о включении в состав экспертной комиссии дополнительно специалиста соответствующего профиля, что предусмотрено не нормами ГПК РФ, а ст.52 Основ законодательства РФ об охране здоровье граждан.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня нуждается в дополнении с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 27 февраля 2009 г. в плане разъяснения судам вопроса об участии самого гражданина, в отношении которого возбужденно дело о признании его недееспособным, в судебном заседании, в т.ч. на подготовительной стадии процесса; об обязательной постановке перед экспертами вопроса о возможных последствиях заболевания гражданина для его социальной жизни, здоровья, имущественных интересов, вопроса о том, какого рода действия он не может понимать и контролировать, вопроса о том, позволяет ли состояние здоровья гражданина предстать перед судом, не создаст ли присутствие гражданина в судебном заседании реальной опасности для его жизни либо здоровья или для жизни либо здоровья окружающих. Последний вопрос, как представляется, может и не быть постановлен судом на разрешение экспертов в случае, если суд уже на подготовительной стадии процесса сможет составить личное представление о поведении лица, позволяющем ему присутствовать и на рассмотрении дела по существу.

Представляется также, что если гражданин находится в опасном для себя и других состоянии, т.е. в состоянии декомпенсации психического расстройства, дело о признании его недееспособным должно быть судом отложено.

Полностью отсутствуют разъяснения в отношении рассмотрения и принятия решения по делам о признании граждан недееспособными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 июня 2008 г. №13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» и от 19 декабря 2003 г. «О судебном решении».

В имеющихся постановлениях Пленума Верховного Суда РФ явно недостаточно разъяснений по вопросам законодательства об экспертизе.

В указанном выше постановлении от 26 июня 2008 г. №13 судам разъяснено, что при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов. В целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. При наличии в деле нескольких противоречивых заключений могут быть вызваны эксперты, проводившие как первичную, так и повторную экспертизу. Назначение повторной экспертизы должно быть мотивировано. Суду следует указать в определении, какие выводы первичной экспертизы вызывают сомнение, сослаться на обстоятельства дела, которые не согласуются с выводами эксперта. Противоречия в заключениях нескольких экспертов не во всех случаях требуют повторной экспертизы. Суд может путем допроса экспертов получить необходимые разъяснения и дополнительное обоснование выводов.

Актуальным в данном постановлении является разъяснение задачи специалиста в судебном заседании. Она состоит в оказании содействия суду и лицам, участвующим в деле, в исследовании доказательств. Если из консультации специалиста, как указано в постановлении, следует, что имеются обстоятельства, требующие дополнительного исследования или оценки, суд может предложить сторонам представить дополнительные доказательства либо ходатайствовать о назначении экспертизы.

Из этих разъяснений можно сделать три важных для нас вывода:

1) консультация и пояснения специалиста могут использоваться при исследовании заключения СПЭ как доказательства по делу;

2) специалист призван оказывать содействие не только суду, но и участвующим в деле лицам, включая граждан, дееспособность которых является предметом экспертного исследования;

3) суждения специалиста, в т.ч. по результатам анализа заключения СПЭ, могут повлечь весьма существенные процессуальные последствия, вплоть до назначения экспертизы (повторной, дополнительной).

Правила оценки заключения эксперта сформулированы Верховным Судом в постановлении Пленума от 19 декабря 2003 г. «О судебном решении». В нем подчеркнуто, что заключение эксперта не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами. Оценка судом заключения должна быть полно отраженна в решении. При этом суду следует указывать на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В указанных, а также во всех прочих постановлениях Пленума Верховного Суда РФ не содержится, однако, разъяснений в отношении обеспечения права лиц, участвующих в деле, заявлять отвод эксперту государственного экспертного учреждения; по поводу, производства экспертизы в негосударственных экспертных организациях, а также лицами, обладающими специальными знаниями, но не являющимися государственными судебными экспертами.

Безусловно передовой в этом плане является позиция Высшего Арбитражного Суда РФ, сформулированная им в постановлении Пленума от 20 декабря 2006 г. №66 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе». В нем разъяснено, в частности следующее:

«1. Если экспертиза подлежит проведению в государственном судебно-экспертном учреждении, суд в целях обеспечения реализации участвующими в деле лицами их права на отвод эксперта (ст.23 АПК РФ), а также права заявить ходатайство о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц (ч.3 ст.82 АПК РФ) в определении о назначении экспертизы указывает помимо наименования учреждения также фамилию, имя, отчество государственного судебного эксперта, которому руководителем государственного судебно-экспертного учреждения будет поручено проведение экспертизы.

2. Экспертиза может проводиться как в государственном судебно-экспертном учреждении, так и в негосударственной экспертной организации либо к экспертизе могут привлекаться лица, обладающие специальными знаниями.

Заключение эксперта негосударственной экспертной организации не может быть оспорено только в силу того, что проведение соответствующей экспертизы могло быть поручено государственному судебно-экспертному учреждению».

Отдельное постановление, посвященное законодательству об экспертизе, необходимо принять и Пленуму Верховного Суда РФ. Последнее постановление по данному вопросу было принято им 40 лет назад.

FILED UNDER : Статьи

Submit a Comment

Must be required * marked fields.

:*
:*